М4 ДОН: в Крым и обратно. О дороге и отдыхе

Верные поклонники отдыха в Крыму были всегда. А в последнее время, в связи с резким удорожанием отдыха за границей России, их число с неизбежностью пополнилось. Однако еще многих потенциальных курортников смущают реальные или воображаемые проблемы, связанные с посещением полуострова. Насколько обоснованы опасения россиян, рассматривающих возможность отдохнуть в Крыму? Об этом – в репортаже «Совершенно секретно». Курс валют сделал свое дело, и для многих из нас анатолийский All Inclusive стал слишком накладным. И экономические мотивы, подкрепив собой патриотические, направили на полуостров довольно серьезный поток отечественных туристов. Каждый, кто отправляется в Крым, в первую очередь решает, как ему добираться. Путей на данный момент существует три. Первый – самолетом. Билет до Симферополя из Москвы обойдется не менее чем в тринадцать тысяч, соответственно перелет семьи из четырех человек, минимум в пятьдесят пять тысяч. Поезд стоит гораздо дешевле, плацкарт чуть больше пяти, а купе – семи тысяч рублей. Минус этого варианта – окольный путь до Керченского пролива, пересадка на автобусы, погрузка на паром и автобусная поездка до конечного пункта назначения в Крыму. Перевозчик обещает, что от Москвы до Симферополя время поездки займет сутки и двадцать часов. И третий путь – на автомобиле, до порта Кавказ, и далее в любую точку полуострова. Этот вариант мы посчитали самым предпочтительным. Он оставлял за нами свободу перемещения. Все пятнадцать дней проваляться на пляже под крики «Морская прогулочка к Золотым воротам Кара-Дага!» сможет выдержать не всякая психика. ПРО «ТУДА», И НЕМНОГО ПРО «ОБРАТНО» Итак, решено, едем на машине. Первопроходцы пугали в первую очередь пробками перед терминалами к платникам на трассе М4, поэтому, вооружившись навигатором, мы приготовились объезжать эти участки по бесплатным дорогам. Выезд в пять утра позволил достаточно быстро достичь трассы и припустить по ней с ветерком. На втором платнике, как и обещали наши предшественники, мы попали в пробку минут на пятьдесят, не самое приятное времяпрепровождение для семи часов утра. Поэтому, когда через энное количество километров, приближаясь к следующему, отмеченному на нашем навигаторе пунцовым цветом отрезку пути, мы увидели молодого человека в оранжевом жилете, энергично машущего полосатой палкой в сторону съезда с трассы, мы не стали испытывать судьбу и не прогадали. Объезд по расчетам навигатора сэкономил нам полтора часа. Второй раз, увидев пробку на карте, мы свернули с трассы по собственной инициативе и снова выиграли чуть больше часа. Забегая вперед, скажу. Возвращаясь из Крыма, мы проехали через все «платники» на М4. Я сбился со счета, когда мы миновали пятый. Даже с учетом того, что половину из них мы проехали по ночному тарифу, у меня сложилось впечатление, что потратили мы не меньше пятисот рублей. Но бог с ними, с деньгами. Даже при не сильно загруженных разъездах перед шлагбаумами, процесс их преодоления редко когда сокращался до пятнадцати минут. Опять же, по собственным, субъективным ощущениям, стояние в очереди и оплата проезда в среднем занимали минут двадцать пять. Таким образом «платники» добавляют минимум часа два пути. И лучше постоять на двух светофорах в райцентре Хлевное в Липецкой области, чем, просквозив тридцать километров на скорости сто двадцать в час, уткнуться в очередной хвост. Ночевать решили в Новочеркасске, поскольку он находится недалеко от трассы, в нем невозможно заблудиться, и по прошлым журналистским скитаниям я знал, что в столице донского казачества есть вполне приличная гостиница. Администратор, узнав, что нас четверо, я, жена, и двое детей, четырех и пяти лет, предложил нам полулюкс, две комнаты, в одной кровать, в другой диван. Стоимость – 3600 рублей. Тысяча верст, оставшаяся позади в первый день, и четыреста шестьдесят километров до парома слишком расслабили нас. Выехать из Новочеркасска мы смогли лишь в восемь утра, ехали, не анализируя маршрут, не выбирая вариантов объезда, не следя за дорожными событиями. В итоге нам пришлось совершить еще одну ночевку в пути. Тем, кто собирается проехать участок от Ростова до порта Кавказ без потерь, стоит опасаться двух серьезных препятствий: ремонта на трассе М4 и после съезда с нее – железнодорожного переезда в Тимашевске. Первое можно преодолеть, поехав сначала на Батайск, потом на Азов, а оттуда на станицу Староминскую. Переезд в Тимашевске запросто может отнять пару часов. Поэтому объезд, даже длиной семь километров, часть которого придется на узкие улочки, нашпигованные светофорами, серьезно сэкономит время в пути. Справедливости ради стоит сказать, что вся дорога по Краснодарскому краю – это рулетка. Когда мы ехали назад, из Крыма, нам удалось легко и быстро объехать «тимашевский» переезд, но буквально через пять километров мы встали в глухую пробку. Краснодарские водители ездят так, как будто они уже попали в Царствие Небесное, и их земная жизнь осталась далеко позади. Они подрезают, идут на обгон, вынуждают встречку экстренно оттормаживаться, всячески сигнализируют окружающим, что им немедленно надо освободить дорогу. В итоге это заканчивается кошмарными трагедиями. Пробка, в которую мы попали после Тимашевска, организовалась после лобового столкновения двух кубанских легковушек. К месту ДТП сновали машины реанимации, ДПС, поливалки. Дорогу освобождали краном. Так что никогда не знаешь, где на дороге придется встать и сколько придется простоять. Но вернемся к нашему пути к благословенному крымскому берегу. Одна из главных ошибок путешествия «туда» – это решение не покупать билет на паром через Интернет, а купить его на месте. Меня смутило то, что на сайте билет покупается не на паром «вообще», а на определенный временной промежуток в определенный день. При этом приобрести билет с помощью цифровых технологий можно не позднее, чем за два дня до момента отправления. В итоге пришлось покупать билет в порту. Погрузка на паром происходит в два этапа. Первый: вы попадаете на большую парковку, которая по совместительству еще и очередь на переправу. Попав сюда не надо очертя голову нестись покупать билеты – от того, насколько быстро вы это сделаете, ничего не зависит. Вы попадете на паром только в порядке той очереди, которую заняли на въез- де. И тем не менее мешкать с покупкой билета также не стоит. Происходит покупка так. Как только вы въехали на стоянку, вам вручают талон. Как только вас припарковали, к вам подходят ребята в желтых жилетах, измеряют длину машины и выписывают еще одну бумажку. И вот с этими бумажками надо идти в кассу. От длины автомобиля зависит стоимость билета. Мне он обошелся в две с небольшим тысячи рублей. Плюс оплата двух билетов на взрослых, по 160 с копейками рублей. Дети до шести лет – бесплатно, от шести до двенадцати – за половину стоимости взрослого билета. Итого, переправа обошлась примерно в две с половиной тысячи рублей. Когда я заказывал билеты на паром обратно, тот же процесс обошелся мне всего в две тысячи с небольшим. Разница в цене между переправами составила пятьсот рублей. На сайте никто не спрашивает про длину автомобиля. Там, в выпадающем меню надо выбрать марку, потом модель и потом объем двигателя. И это, видимо, позволяет высчитывать цену, что называется до копейки. Еще, что важно знать тем, кто решит покупать электронный билет: его обязательно нужно распечатать. Если вы будете демонстрировать его с экрана ноутбука, ваш паром уйдет без вас. О пользе электронного билета могу сказать одно. Когда мы ехали «туда», переправа заняла у нас почти три часа, когда обратно, с билетом на руках, всего полтора часа. Сама переправа, то есть путь парома от одного причала до другого занимает минут двадцать-тридцать. В итоге вторая ночь нашего путешествия в Крым застала нас на выезде из Керчи. Отель с говорящим названием «Транзит», стоящий на подъезде к Феодосии, пустил нас в двухкомнатный полулюкс уже за 2500 рублей. Одна койка в четырехместном номере здесь стоит 600 рублей. Утром, мы решили не тащиться на другой конец полуострова, а остановиться в Коктебеле.

СУРОВЫЙ КУРОРТНЫЙ БЫТ
При всей кажущейся дешевизне Крыма, стоит помнить, что курорт – это то место, где все сделано так, чтобы каждый отдыхающий потратил как можно больше денег. Первое, что бросается в глаза, бензин на полуострове стоит рубля на четыре дороже, чем на материке, а цены на все товары даже чуть выше московских. Знаменитые массандровские вина, те, что раньше, в украинские времена, покупались за копейки и привозились в подарок всей родне, даже в заводских магазинах стоят лишь чуть-чуть дешевле, чем в Москве. «Российские акцизы», – разводят руками продавцы. Поскольку наш отдых был семейным, мы обходили стороной кричащие заведения общественного питания, на террасах которых по вечерам зажигаются алые фонари, а у стоек сидят одинокие скучающие девушки, томно смолящие сигарету за сигаретой. Мы ходили, скажем так, в семейные кафешки, и ни разу наш чек на четверых едоков не превышал тысячи двухсот рублей. Однако каждый день, проведенный на пляже, если не считать денег, потраченных на обед, обходился тысячи в полторы-две. Как мы с женой ни считали, просто из чистого любопытства, на что мы умудрились потратить эти деньги, не покупая почти ничего, кроме воды, момент расставания с банкнотами так установить и не смогли. Деньги просто растворялись в благословенном воздухе Крыма. Кстати, они там действительно имеют несколько иную природу, нежели в остальной России. Из-за санкций, к примеру, там нет ни одного привычного нам крупного банка. Местные банкоматы, принадлежащие всего двум действующим на полуострове финансовым учреждениям, категорически отказываются принимать карты Visa, но зато обслуживают Master и Maestro. Об этом должен помнить каждый, кто решил провести отпуск в Крыму. Каждый раз, подходя к одному из трех действующих в Коктебеле банкоматов, я видел мечущихся в панике россиян с картами Visa в руках. Мы сами чуть не оказались в подобной ситуации, слава Богу, у жены в кошельке оказался Master и я перебрасывал на него деньги через интернет-банкинг. А еще в маленьких городках банки не работают по выходным, и вместе с ними не работают и банкоматы. Однажды, для того чтобы снять деньги, нам пришлось ехать в Феодосию, где банкомат, как и во всем остальном Крыму, – зверь, прописанный в Красной книге. На отдыхе в Тавриде мне удалось найти оправдание всему, кроме цены на фрукты. Крымские абрикосы, стоящие на десять рублей дороже, чем в Москве, – это неправильно. Но под конец отдыха я сделал открытие. В глубине полуострова, в небольших населенных пунктах, неподалеку от больших дорог, расположены довольно крупные рынки. Именно здесь можно купить местные фрукты по местной цене. Персики стоят 80 рублей, против 150 на рынках приморских городов, дыни, которые туристам продают за 45 рублей за килограмм, здесь уходят на 20 рублей дешевле. Это, пусть и маленький, но все-таки аргумент в пользу того, что путешествовать в Крым лучше на машине.

БЕСПОКОЙНЫЙ ОТДЫХ
Есть люди, которые могут запросто пролежать на лежаке у моря хоть целый месяц. Я на третий день готов кинуться на этот лежак с топором. Поэтому мы условились день проводить на море, а на другой день куда-нибудь уезжать. За время отдыха мы побывали в Севастополе, в Никитском ботаническом саду, в парке львов «Тайган», огромном частном зоопарке. Но особой главой нашей культурной программы стали поездки в древние города Херсонес, Пантикапей, Мангуп, и в Генуэзскую крепость в Судаке. Удивительным образом, наш навигатор, работающий на картах Google, в Крыму перестал определять свое местоположение и, следовательно, стал одной из бесполезных программ, установленных в планшете. В итоге поиск всех исторических достопримечательностей превратился в отдельный род приключений. С возвращением полуострова в состав России, на крымских дорогах появились коричневые указатели, призванные сообщать водителю, где и на каком расстоянии от него находится тот или иной туристический объект. Сделано это было, видимо, для того, чтобы высокие федеральные чиновники, проезжая по дорогам, думали, что крымские власти развернулись к туристам лицом. Но если бы высокие московские гости попробовали бы самостоятельно найти по этим указателям ту или иную достопримечательность, их ждало бы глубокое разочарование. Половина этих указателей скрывается в кустах таким образом, что надо останавливаться, выходить из машины и раздвигать кусты, чтобы узнать, куда надо поворачивать. При этом, как только съезжаешь с большой дороги на второстепенную, по которой не проедет ни спикер Госдумы, ни глава Совбеза, новенькие указатели просто исчезают. Каждый раз, выискивая какую-нибудь, даже такую хрестоматийную достопримечательность, как царский курган под Керчью, приходилось узнавать дорогу у местных жителей. Отдельного рассказа заслуживает состояние древних археологических памятников. В более-менее приличном состоянии находятся только недораскопанный Херсонес, который за последние семь лет никак не изменился, и Генуэзская крепость в Судаке. При этом удовлетворительное состояние последней – заслуга ее строителей, но никак не крымского ведомства, отвечающего за сохранность памятников культурного наследия. Пантикапей, столица Боспорского царства, город, в котором окончил свои дни Митридат Евпатор, воевавший с такими прославленными римскими полководцами времен поздней республики, как Сулла, Лукулл и Гней Помпей, находится в совершенно неприглядном состоянии. На территорию древнего городища может войти любой человек, и, вооружившись лопатой, начать раскопки. Беспрепятственно. Другая жемчужина Крыма – Мангуп-Кале, столица православного княжества Феодоро, существовавшего с XII по XV век в горной части западного Крыма, так же находится в заброшенном состоянии. Туристическая тропа, ведущая на вершину плато, больше напоминает тропу диких зверей. Подняться наверх оказалось непростой задачей, а спускаться вниз порой приходилось с риском сорваться с крутого склона. Объективности ради стоит сказать, что Мангуп оказался единственным местом, где работали археологи, но интереснейший пещерный город, его укрепления, некрополи, гроты, остатки дворца и церквей, все находится в бесхозном состоянии. Чудесная сохранность некоторых объектов, красота местной природы, виды, открывающиеся с вершины плато, – все это при грамотном подходе может привлечь толпы туристов, а следовательно, немалые поступления в местный бюджет, но туристическая политика в современном Крыму сводится к навязчивой речевке зазывал с набережной в Коктебеле: «Морская прогулочка к Золотым воротам Кара-Дага, отправляемся через двадцать минут, подходим, спрашиваем, покупаем билетики!» Если кто не знает, «Золотые ворота» – это скала, стоящая в море, в которой волны пробили дыру. Вот на это небывалое чудо и приглашают посмотреть туристов через каждые двадцать метров на набережной. А когда въезжаешь в деревню Хаджи-Сала, которая находится у подножия мангупского плато, к тебе сразу подруливает один из десятка бойких мужичков, сидящих в уазиках возле дороги. – Ребят, давайте, на Дырявый мыс вас отвезу, час там, на верху, потом съезжаем вниз. Две тысячи рублей. – А почему всего час, а почему только на этот мыс, там же целый город был. – Да там больше часа ни фига смотреть! Давай, полторы тысячи? А? – Ну, я вообще-то много про это место читал, там два ряда крепостных стен, пещерный монастырь, там много всего интересного, часа не хватит. – Да нечего там, кроме Дырявого мыса, смотреть, ну давай, два часа наверху, поехали? Мы не поехали, как оказалось, маршрут составлял всего шесть километров. Обычная прогулка по Коломенскому у нас выливается в большее расстояние. Конечно, спускаясь вниз, пришлось помучаться, перенося детей на руках по самым трудным участкам. Но увидеть удалось многое, и получили мы массу впечатлений. И здесь надо поговорить начистоту. Чёрное море сильно уступает Средиземному, Адриатическому или Красному. Оно мутное, пляжи неудобные, необустроенные. При всех прочих равных, любой турист выберет Шарм-эль-Шейх, с его коралловыми рифами, а не Коктебель с его строительной щебенкой, устилающей пляж. А это значит, что люди, приезжающие отдохнуть в Крым, должны получать что-то большее, чем просто отдых у моря. И Таврида может все это туристу дать. На сравнительно небольшом участке суши сосредоточены памятники всех эпох истории человечества. Начиная от дольменов каменного века, заканчивая памятными местами времен Великой Отечественной войны. Десятки разных народов оставили здесь следы своей жизни. И все эти места должны быть обустроены так, чтобы туда было легко попасть и интересно посетить. Но для этого историческим наследием Крыма должны заниматься профессионалы и в него должны вкладываться средства. В противном случае, главной достопримечательностью Коктебеля будет не византийское поселение Тепсень, а дырка в скале. А рекламу одной из главных загадок истории Крыма, будет делать рублевик на уазике, по мнению которого «там ни фига смотреть!» В Феодосии есть музей с многообещающим названием: «Музей древностей». Так вот. Древностей там – максимум на треть выставочных площадей, вторая треть посвящена Великой Отечественной войне, памяти ее ветеранов и быту караимов в конце XIX – начале XX века. Но главный сюрприз ждет посетителя в последней трети экспозиции. По логике вещей, когда человек входит в Музей древностей, он хочет встретиться там со скифским воином или купцом-эллином, а вместо этого пред ним внезапно предстают работы какого-то современного художника, уровня тех, что недавно продавали свои «полтна» на Арбате, и выставка творений какого-то фотографа. Все эти попытки соригинальничать, объять необъятное, выйти за рамки, оставляют ощущение глухой провинциальности и сильно снижают привлекательность Крыма как туристического объекта.

ТУРИСТИЧЕСКИЙ КАТАРСИС
Каким бы странным это ни показалось, но именно сейчас ставка на познавательный, культурный туризм в Крыму смогла бы очень здорово сыграть. Дело в том, что по сравнению с прошлыми годами серьезно изменилась отдыхающая публика. Даже гуляя по набережной темным вечером, я ни разу не видел ни одного пьяного человека. Бычки, перемешанные на пляже с галькой, ушли в прошлое. Народ ходит курить к урнам, днем на пляже люди пьют максимум – пиво. В сумерках влюбленные парочки изредка приходят посидеть у прибоя с бутылочкой вина, чаще предпочитают выпить бокал-другой в кафе на набережной. И все. Никакого разгуляя, все очень спокойно, вежливо и благопристойно. Немало машин с украинскими номерами. Киев, Чернигов, Харьков, и далее по списку. На пляже или в кафе туристов с Украины определить очень трудно, слишком хорошо маскируются среди нас, русских. Ни разу мне не довелось быть свидетелем политических дебатов между «ватником» и «укропом». Народ приехал отдыхать, и политика как русским, так и украинцам надоела пуще горькой редьки. Не знаю, можно ли назвать политической провокацией ношение майки с Путиным, российским триколором или надписью «Крым наш». Мне показалось, что этим больше грешат местные, нежели туристы, но вся российская атрибутика носится без вызова, как любая простая шмотка. Дважды видел украинскую политическую декларацию. Первый раз – на выходе из дельфинария на террасе стояла дама в желтой блузке и синей кожаной юбке. Фотографировала себя на смартфон под разными ракурсами, чуть позже все те же операции, в тех же позах и с тех же ракурсов пришлось запечатлеть и мужу жовто-блакитной мадам. Пройдя метров двести, мы присели в кафе. Дама вышагивала по набережной то в один ее конец, то в другой. Народ не обращал на нее никакого внимания. Весь вечер я ломал голову – неужели я один такой наблюдательный. Уложив детей, я не вытерпел и спросил у жены: – Ты видела тетю в желтой блузке и синей юбке на набережной? – Ага, – ответила супруга, – странная какая-то. Такая жара, а она в кожаной юбке. Вторая украинская выходка пришлась на последний день отдыха. Пока моя семья плескалась в море, мне надо было сбегать в нашу комнату за забытым телефоном. У обочины дороги стояла старая и изрядно проржавевшая «шестерка» с открытыми стеклами. В салоне играла магнитола. Песня, разлетавшаяся по улице Десантников, была про то, что родную Украину все предали и обманули, русские, которые называли себя братьями, и крымчане, с которыми столько лет жили под одной крышей. Рядом с машиной сидел на парапете парень лет тридцати и цепко всматривался во всех проходящих мимо. Все, включая сидящую неподалеку пенсионерку с табличкой «Сдаю жилье», или не слышали, или делали вид, что не слышат слов песни, и занимались своими делами. Я последовал примеру толпы, и не пожалел об этом. Крымчане не желают воевать ни с кем. Хозяйка, у которой мы остановились, сказала с сожалением: – Да… «укропы» – дураки. Дали бы нам автономию и русский язык, и что бы нам не жить в той Украине? А они давай татар вооружать, по мечетям оружие развозить. Ну, разве так можно? Вот потому-то мы сейчас и в России. Местные жители категорически считают, что весной 2014 сделали правильный выбор, воссоединившись с Россией. Они, конечно, немного расстроены небольшим, по их мнению, потоком туристов. Ждут и надеются, что через Керченский пролив вдруг перекинется мост и каждый час на перрон Симферопольского вокзала из нутра прибывшего поезда будет вываливаться по тысяче двести человек за раз. А пока этого не произошло, концентрация туристов на погонный метр побережья близка к идеальной. В любое время найдется пространство, чтобы пристроиться позагорать на пляже, при этом ты не чувствуешь себя одиноким, как в пустыне. Так что провести отпуск в Крыму сейчас самое время.

http://www.sovsekretno.ru

Запись опубликована в рубрике Крым, Путешествия с метками , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.